Новости

Президент сменил главу Внешэкономбанка

Елена Гостева («Финансовые известия» ) Владимир Путин в четверг освободил от должности председателя Внешэкономбанка Владимира Чернухина. Теперь Внешэкономбанком три года будет руководить Владимир Дмитриев, пришедший на эту должность из Внешторгбанка (ВТБ). Впрочем, Дмитриев до ВТБ успел поработать и во Внешэкономбанке. И хотя формально ВЭБ и ВТБ — два разных банка, различия между ними постепенно стираются. Еще несколько лет назад Внешэкономбанк и Внешторгбанк были двумя совершенно чужими друг другу финансовыми учреждениями. При этом ВЭБ не обладал статусом банка, не имел банковской лицензии и вел операции по коммерческому кредитованию, что называется, на свой страх и риск. При этом основной функцией ВЭБа всегда было обслуживание внешнего долга государства, то есть работа с деньгами Минфина. Понятно, что никто, даже Центробанк, не рисковал предъявить претензии к ВЭБу за некоторую неразбериху в его деятельности, но формально ВЭБ, кредитуя клиентов без банковской лицензии, нарушал закон «О банках и банковской деятельности». Да и разобраться, где у ВЭБа собственные деньги, заработанные на ниве коммерческих проектов, а где государственные, предназначенные для выплаты внешних долгов страны, даже проверяющим чиновникам было практически не под силу. Для того чтобы урегулировать данный конфликт, осенью 2002 года правительство приняло виртуозное решение: вывести коммерческий бизнес из структуры ВЭБа и передать его Внешторгбанку. Заодно главой ВТБ был назначен бывший президент ВЭБа Андрей Костин. И стать бы Внешэкономбанку после этого структурой «вне политики», да грехи государства спокойно жить не дают. ВЭБ много лет управляет портфелем ценных бумаг, купленных на деньги Пенсионного фонда России. А поскольку в стране в 2003 году стартовала пенсионная реформа, то именно ВЭБ и решили сделать государственной управляющей компанией как для денег нынешних пенсионеров, так и для денег пенсионеров будущих. Правительство решило не создавать для распоряжения пенсионными деньгами отдельное агентство, как это планировалось на старте пенсионной реформы. С одной стороны, в своем решении правительство было право — кроме как ВЭБу, доверить в государстве пенсионные деньги некому (по закону банки не могут управлять портфелем ценных бумаг, а ВЭБ как раз банковской лицензии и не имеет). Да и солидных государственных банков у России всего два — это Сбербанк и Внешторгбанк, у них своих забот о государственных деньгах хватает. Назначение ВЭБа государственной управляющей компанией не критиковал только ленивый — на него обрушились и коммерческие структуры, и правозащитные движения. Суть претензий у всех одинакова: структура ВЭБа простым смертным неясна, банк непрозрачен, поэтому и контроля общественности за огромными пенсионными суммами нет. Бывший глава ВЭБа Чернухин предпочитал не ввязываться в словесные дебаты с критиками. Вряд ли будет более разговорчив с оппонентами и новый глава банка, прошедший школу жизни в стенах многочисленных государственных учреждений. Но и ему вряд ли будет под силу решить главный конфликт интересов, возникший у государства в ВЭБе. Существуют опасения, что структура по обслуживанию государственных долгов может пустить пенсионные накопления граждан на выплату внешнего долга страны. Понятно, что, пока цены на нефть на мировом рынке высоки, российский бюджет не будет прибегать к такому сценарию. Но кризис 1998 года показал, что в России невозможных сценариев просто не существует.